РУССКАЯ АНТРОПОЛОГИЧЕСКАЯ ШКОЛА
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » магистратура » познание Другого как способ самопознания » Образ чужого в СССР в 1960-1980-е гг.: случай диссидентов (эссе Анны Ивановой)
Образ чужого в СССР в 1960-1980-е гг.: случай диссидентов
ivanovaДата: Понедельник, 05.05.2008, 21:37 | Сообщение # 1
Рядовой
Группа: Проверенные
Сообщений: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Деление мира на «своих» и «чужих» - базовое для человеческой культуры. Испокон веков люди, глядя на окружающий их мир, противопоставляли знакомое, понятное, «наше» - чуждому, опасному, неподвластному. Конечно, такой антагонизм является причиной войн, дискриминации, репрессий, но одновременно он же позволяет человеку или целому коллективу самоидентифицироваться. Ведь именно взгляд на Другого позволяет лучше понять себя, именно в сравнении и противопоставлении становятся понятны собственные особенности.
Понятие «чужого» чаще всего применяют, говоря об этническом самоопределении. Действительно, под «не мы» человек обычно понимает людей другого народа, другой культуры. Чужими кажутся ему люди другой веры, другого цвета кожи, другого языка. Однако, интересно, что внутри одного общества тоже существует огромное количество различных групп: внутри одной культуры люди могут отличаться политическими взглядами, привычками, представлениями о «правильном» и «неправильном». В таком случае представители одной группы могут дискриминировать представителей другой группы из-за их «непохожести», а свои достоинства определять именно через отличия от своих «врагов». Примеров подобных противостояний – будь то расовых или поведенческих - бесчисленное множество: начиная от этнической дискриминации, достигшей своего апогея во время Холокоста, и заканчивая самоопределением себя через чужого в советской коммунальной повседневности1.
Образ другого часто берется на вооружение властями в целях консолидации народа: государство выбирает какую-либо группу, подчеркивая недостатки ее представителей, и призывает граждан объединиться против нее. «В ХХ в. образ врага – расового или классового – становится важнейшей системообразующей частью тоталитарных идеологий и масштабных пропагандистских кампаний, служит обоснованием репрессий против различных социальных, этнических, религиозных групп и любого инакомыслия. И в этом качестве он становится одной из главных составляющих сначала в менталитете и деятельности революционных партий, а затем и в государственной политике тоталитарных режимов»2. Самым циничным образом пользуются этим приемом, например, уже упомянутая выше нацистская Германия в случае еврейского геноцида, или СССР в случае репрессий против «врагов народа».
Мы в данном эссе кратко рассмотрим то, как в советской пропаганде в 1960-1980-е гг. в роли «чужих» выступают так называемые диссиденты. Вообще, советская власть на протяжении всего своего существования активно использовала в своей риторике образ врага, как внешнего, так и внутреннего. Она не играла на национальных чувствах, ибо изначально провозглашала интернационализм, так что врагами были не представители другой этничности, а люди, не разделяющие коммунистических взглядов – как вне, так и внутри страны. Образ внутренних и внешних врагов не только должен был способствовать консолидации общества, представляя собой прямую угрозу, но и объяснить провалы власти: фигура чужого очень часто используется для объяснения неудач - на чужих сваливают все проблемы и их наличием оправдывают несовершенство миропорядка. Сформированные пропагандой образы отчасти внедрялись в массовое сознание при помощи средств массовой информации, а также и более широко – с помощью идей и символов.
Говоря конкретно про рассматриваемый нами период, можно сказать, что после 1953 года агрессия против «чужих» в СССР сильно уменьшилась, приобрела совсем иной масштаб. Однако, все равно остается очень интересным анализ того, как власть характеризует своих внутренних врагов. В эту эпоху формируется движение диссидентов – людей, боровшихся за уважение прав человека, против несправедливости советского строя. Из того, как именно пропаганда говорит об этих «других» становится понятно, каким в рамках этой пропаганды должен быть «свой» - «нормальный» советский человек.
Обращаясь непосредственно к документам эпохи, можно попытаться выделить несколько устойчивых эпитетов, применяемых для определения внутренних врагов в СССР в рассматриваемый период. Во-первых, диссиденты в прессе, пропаганде и докладных записках часто называются «отщепенцами»3 и «антиобщественными элементами»4, что подчеркивает их противопоставлению обществу, их «чуждость», утверждение их «неправильности». Во-вторых, диссидентов часто клеймят «тунеядцами»5 - что подчеркивает установку на необходимость постоянного труда «на благо Родины», предполагается, что советский человек не может не иметь официальной профессии. В-третьих, диссидентов называют «нигилистами»6, а их лозунги – «демагогическими»7. То есть, подчеркивается необходимость наличия четких жизненных принципов и жесткого и практического их применения. И, наконец, последнее, что хочется специально отметить, это характеристика внутренних врагов как «душевнобольных» или «шизофреников»8. То есть, диссиденты, тем самым, объявляются официально вне психической нормы, а любое противостояние режиму автоматически становится «неадекватным» поведением. Очень характерным для выстраивания образа чужого является объявления его психически «неправильным». Вообще, наличие карательной психиатрии в СССР в рассматриваемый период очень симптоматично: власти предпочитали не сажать диссидентов в тюрьму, объявляя их просто преступниками, а отправлять их на лечение, показывая, тем самым, что они принципиально «другие».
1. Утехин И. Происки «постороннего» (из материалов по жилищному вопросу) // Образ врага. Сб.ст. / сост. Л. Гудков; ред. Н. Конрадов. – М.:ОГИ, 2005. С. 230-248
2. История политических репрессий и сопротивления несвободе в СССР. - М.: Издательство объединения "Мосгорархив", 2002. С. 261
3. Хроника казни Юрия Галанскова в его письмах из зоны ЖХ-385, свидетельствах и документах. – М., 2006. С 14
4. Записка председателя КГБ при СМ СССР в ЦК КПСС // 5 декабря 1965 года. М.: Мемориал-Звенья, 2005. С 90
5. См. например, «ЗАПИСИ СУДА НАД ИОСИФОМ БРОДСКИМ, СДЕЛАННЫЕ Ф.А.ВИГДОРОВОЙ» // http://antology.igrunov.ru/authors/etkind/sud_nad_brodsky.html
6. Записка секретаря МГК КПСС В ЦК КПСС// 5 декабря 1965 года. М.: Мемориал-Звенья, 2005. С 97
7. Записка председателя КГБ при СМ СССР в ЦК КПСС// 5 декабря 1965 года. М.: Мемориал-Звенья, 2005. С 89
8. Записка секретаря МГК КПСС В ЦК КПСС // 5 декабря 1965 года. М.: Мемориал-Звенья, 2005. С.93
 
VaneSДата: Суббота, 16.01.2010, 13:17 | Сообщение # 2
Рядовой
Группа: Пользователи
Сообщений: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
cool
 
Форум » магистратура » познание Другого как способ самопознания » Образ чужого в СССР в 1960-1980-е гг.: случай диссидентов (эссе Анны Ивановой)
Страница 1 из 11
Поиск: